Интегра. Комплексное оснащение школ

Новости
Цифровые образовательные ресурсы

Земля для учителей

Закон об образовании ударил по детскому туризму

12.09.2016

Среднестатистический ученик старшей школы не умеет разводить костер в лесу, ставить палатку, пользоваться компасом, читать карты. В сообществе заслуженных путешественников России уверены: действующие СанПиНы губят детский туризм.

«В 2010 году Роспотребнадзор почти автоматически перенес на походы и экспедиции санитарные нормы оздоровительных лагерей, – рассказывает организатор и руководитель семейного краеведческого клуба «Хочу все знать», ветеран детско-юношеского туризма Москвы Кетеван Гегелия. – Вдруг оказалось, что дети не имеют права самостоятельно готовить пищу, и мы обязаны нанять профессиональных поваров. А также профессиональных врачей. А еще – иметь в палаточном лагере оборудованные столовые, холодильники, электрическое освещение. Но зачем в таком случае везти ребенка в палаточный лагерь – пусть едет в обычный, стационарный. Понадобилось несколько лет для того, чтобы чиновники услышали экспертов и внесли изменения в документ. Теперь эти нормы не касаются спортивных походов, а также других туристических мероприятий, длящихся менее семи дней. Но как быть с экспедициями? Полевыми практиками? Что может за семь дней успеть ребенок, приехавший не отдыхать, а заниматься серьезной работой? Этот СанПиН, даже в смягченном варианте, фактически уничтожил большинство палаточных лагерей со сроком пребывания более семи дней. Некоторые требования были просто невыполнимы».

Организация детского туризма в России сегодня проводится по нескольким направлениям: в системе министерства образования и науки России (в школах и организациях дополнительного образования детей); в муниципалитетах (туристские клубы и другие организации по месту жительства); в коммерческом туризме (в частности, в оздоровительных лагерях с туристическим компонентом); в системе министерства спорта.
Спортивный туризм регулируется нормативами Федерации спортивного туризма России – организации, аккредитованной при министерстве спорта. Принятые федерацией правила совершения походов довольно жесткие. Все походы в этой системе делятся на шесть категорий сложности.
В системе спортивного туризма есть спортшколы, где детский туризм является одним из направлений деятельности. В них дети, несомненно, хорошо подготовлены. Но таких школ очень мало, тогда как запрос на детский туризм велик и у детей, и у родителей.

В отличие от спортивных учреждений, муниципальные туристские клубы и коммерческие турлагеря регламентируются только обязательными для всех СанПиНами и федеральным законом об основах туристической деятельности, в котором есть весьма расплывчатое требование о необходимости обеспечения безопасности туристов. Как ее обеспечить, каковы нормативы безопасности, сколько взрослых должно сопровождать детей в пешем или водном походе, какой должна быть их квалификация – неясно. «Активный детский туризм в коммерческом секторе сейчас фактически выпал из нормативного регулирования, – говорит член координационного совета по развитию детского туризма в РФ, главный редактор газеты «Вольный ветер» Сергей Минделевич. – Например, если в детском туристическом походе в системе Минобразования должно быть не более 15 детей и не менее двух взрослых, то в коммерческом туризме таких критериев вообще нет. Так что трагедия на Сямозере была предопределена нашим законодательством».

Опытный путешественник считает, что санитарные правила и нормы сегодня регулируют ту сферу, которая не является в походе жизненно важной, зато очень плохо регулируют вопросы безопасности.
Эксперты убеждены: необходима единая законодательная база для всех видов детского туризма, независимо от того, финансируется ли туристский центр или лагерь из какого-то министерства или является частным бизнесом. Но разрабатывать эту базу должны не только юристы, но и опытные туристы и путешественники.

Ударил по детскому туризму и закон об образовании: если раньше образовательное учреждение имело госзаказ на развитие детского туризма, то теперь директор сам выбирает, какие направления дополнительного образования развивать. «Директор боится, что с детьми что-то случится в походе, а ему отвечать, – поясняет Сергей Минделевич. – Во-вторых, ему не хочется тратить деньги. А чтобы с детьми занимались туризмом, надо покупать снаряжение: палатки, спальники, ведра, веревки, котелки, оплачивать проезд детям и руководителям. Соленое тесто дешевле. Вот поэтому у нас в системе дополнительного образования полный развал технического и туристического образования. Чиновники не хотят вкладывать деньги в конструкторы, в станки, в палатки. А по сути – в развитие детей».

Еще одной проблемой стало требование о наличии обязательного педагогического образования у руководителей туристских кружков. «Сегодня в дополнительном образовании уже нельзя поставить руководителем туристского клуба или кружка робототехники профильного специалиста – он должен иметь педагогическое образование. Но выпускник педагогического вуза не знает, как ставить палатку, как разжигать костер, как безопасно перейти через речку. А опытный инструктор часто не имеет педагогического образования, он вырос в походах и полжизни там провел. Эти искусственные правила лишают возможности профессионалов обучать своему делу детей», – считает Сергей Минделевич.

15 лет назад в России было около 600 станций юных туристов, сегодня осталось 185, и те на ладан дышат, констатирует эксперт. Школьные походы практически не проводятся. Среднестатистический ученик старшей школы не умеет разводить костер в лесу, ставить палатку, грести веслами, пользоваться компасом, читать карты, защищаться от комаров без репеллента, открывать консервы без ножа, заводить лодочный мотор, находить и готовить пищу в условиях дикой природы. Не умеет работать в команде и разделять ответственность. И, если такой человек попадет в любые экстремальные условия, он не выживет.
Туризм помогает развивать в детях ответственность, самостоятельность, независимость, считает Кетеван Гегелия: «В городе за него завтрак приготовит бабушка, а в походе он знает – если он дежурный и у него подгорела каша, значит, группа останется голодной. Если он вышел из палатки в дождь и не закрыл за собой полог, то сырая и холодная ночь ждет всех его соседей по палатке. И мамы рядом нет. Он напортачил – он должен исправить. Это ускоряет взросление».

Около 82% детских оздоровительных учреждений в России являются лагерями дневного пребывания – как правило, это лагеря при городских школах. Эксперты считают их профанацией детского оздоровительного отдыха. «Оздоровление происходит за счет физических или физиологических факторов: другой климат, другое питание, другой воздух, водные процедуры, – говорит Минделевич. – За счет чего происходит оздоровление ребенка в городской духоте? Мы не раз поднимали этот вопрос, говорили на разных совещаниях. И Путин, и Медведев признавали, что в лагерях дневного пребывания не происходит оздоровления детей, а происходит только присмотр за ними, пока родители на работе. Несколько лет назад мы предлагали исключить лагеря дневного пребывания из статистики оздоровительных учреждений. Но до сих пор этого не добились. И понятно, почему. Всем хочется иметь красивую статистику: в стране 45 тыс. оздоровительных учреждений, в которых летом оздоравливаются 8,5 млн детей. Но на самом-то деле настоящих загородных оздоровительных лагерей в стране не более 3,5 тыс. А если вычесть из этих 8 млн детей, проводящих лето в лагерях дневного пребывания, то получится, что настоящим оздоровительным отдыхом на природе охвачено не более 10%».

Дополнительная информация о состоянии детского туризма в России.

По информации журнала «Власть»
Иллюстрация из архива НООС

Подготовила Вера Владимирова

Комментарии

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.


Вход